Краткое содержание книги «Андреев Леонид Николаевич. Ангелочек»
Сашка — герой «рождественского рассказа» Андреева — обладал непокорной и смелой душой, не мог спокойно отнестись ко злу и мстил жизни. Для этой цели он бил товарищей, грубил начальству, рвал учебники и целый день лгал то учителям, то матери… Перед Рождеством Сашку выгнали из гимназии, но, несмотря на это, его пригласили на елку в богатый дом. Перед уходом в гости отец Сашки — Иван Саввич, спившийся, опустившийся, но добрый в душе человек, — просит что-нибудь принести с елки. Блок, возводивший «Ангелочка» к рассказу Ф. М. Достоевского «Мальчик у Христа на елке», писал о Сашке: «Его просто затащили на елку, насильно ввели в праздничный рай. Что же было в новом раю? Там было положительно нехорошо, все было так, как водится во многих порядочных семьях, — просто, мирно и скверно». «Злому мальчику», как назвали Сашку, глядевшему на чистеньких, красивых детей, «казалось, что чьи-то железные руки взяли его сердце и выжимают из него последнюю каплю крови».
И вдруг (наступает любимое Андреевым перерождение героя, обязательное в рождественском рассказе) «узенькие глаза» Сашки «блеснули изумлением»: «На обращенной к нему стороне елки, которая была освещена слабее других и составляла её изнанку, он увидел то, чего не хватало в картине его жизни и без чего кругом было так пусто, точно окружающие люди неживые. То был восковой ангелочек, небрежно повешенный в гуще темных ветвей и словно реявший по воздуху». Изумленный Сашка увидел, что «лицо ангела не блистало радостью, не туманилось печалью, но лежала на нем печать иного чувства, не передаваемого словами, не определяемого мыслью и доступного для понимания лишь та кому же чувству. Сашка не сознавал, какая тайная сила влекла его к ангелочку, но чувствовал, что он всегда знал его и всегда любил…».
Сашка сначала грубо, а затем стоя на коленях перед хозяйкой дома выпрашивает ангелочка с елки. И когда своего добивается, в короткий момент счастья «все заметили загадочное сходство между неуклюжим, выросшим из своего платья гимназистом и одухотворенным рукой неведомого художника личиком ангелочка». Сашка приносит ангела домой, и отец тоже испытывает потрясение: «Отец и сын не видели друг друга; по-разному тосковали, плакали и радовались их больные сердца, но было что-то в их чувстве, что сливало воедино сердца и уничтожало бездонную пропасть, которая отделяет человека от человека и делает его таким одиноким, несчастным и слабым». Оба вскоре засыпают, а ангелочек, повешенный у печки, начал таять. «Вот ангелочек встрепенулся, словно для полета, и упал с мягким стуком на горячие плиты». И непонятно, останется ли встреча с ангелом началом или концом чуда.
Через десять лет, в 1909 г., Блок напишет свой, поэтический, вариант поразившего его андреевского рассказа — стихотворение «Сусальный ангел».
...
...Кстати, читая тургеневскую "Новь", я приятно изумился, увидев, что он так же симпатически отнесся к типу русского так называемого радикального юноши (даже буквально в том же тоне!), как и я, за три года до него, в "Девятом вале", где мною впервые, под таким углом зрения, выведен революционер Столешников. Этого смелого шага с моей стороны никто тогда не заметил в печати, где царствовали только или грубые и цинические обличения этого типа в повестях Лескова и Крестовского, или мастерские шаржи Достоевского, огульно подводившего этот тип под больничный скорбный ярлык "тронувшихся умом" или "библейских свиней"1. Напоминаю мою повесть, собственно, для вас; мне дорого будет, если вы про себя сознаете истину моего напоминания. Я твердо верил и верю, что так называемые наши радикальные, революционные юноши — явление честное, привлекательное; мы, кончающие свое человеческое поприще, потому и хороши, тогда только и хороши, если сами были когда-то такими же юношами. Сидевши некогда по делу Петрашевского в каземате2, я прочел там в крепости "Неточку Незванову" Достоевского и, не зная его, страшно к нему привязался. Единственно это не охладило меня к его последним произведениям. Помните ли вы "Неточку"? Как она добыла ключ к библиотеке деспота — родича своего, прочла его книги, переродилась нежданно для него — и предстала ему, готовая на борьбу?..
Дивная вещь! Золотые, былые годы! Докончим беседу когда-нибудь лично ...
Автограф. ЦГАЛИ, ф. 459, ед. хр. 1154.
1 Имеются в виду "Бесы" Достоевского с их эпиграфом из Евангелия (от Луки, VIII, 32—37) — о бесах, вселившихся в свиней.
2 Весной 1849 г. Данилевский, косвенно причастный к делу Петрашевского, был арестован и заключен в Петропавловскую крепость. Через два с половиной месяца, доказав свою "благонадежность", он был освобожден, причем следственная комиссия даже сочла нужным ходатайствовать перед Николаем I, чтобы содержание в крепости "не имело никакого влияния на его будущность" ("Голос минувшего", 1916, No 12, стр. 97—109). Некоторое время, впрочем, Данилевский еще находился под полицейским надзором (см. сб. "Петрашевцы", т...
